Маньчжурский гамбит

Скончаться в 58 лет, будучи олигархом в своём времени, — досадно. Прийти в себя 20-летним белогвардейцем в ледяном вагоне, мчащемся в Харбин, — вот это сюрприз.

В карманах пусто, тело еле держится после тифа, а за дверью теплушки — китайские патрули, мародёры и беспощадный 1920 год.

Мой единственный капитал — верный казак-пластун с «маузером», парень-наследник состоятельной фамилии и сотня голодных эмигрантов. Мой план — дерзость и навыки, принесённые из прошлой жизни.

Я не намерен вытаскивать из руин Империю. Я создам свою.